Спросила

Спросила: – Сынок, почему ты замолк? –
Нет слов
И ответить нет мочи.
– На север,
На запад,
На юг,
На восток,
Над трупами выклики волчьи!

И веки бессильно падут на глаза,
К рукам льнут усталые губы...
А вижу –
Бескрайня, кровава стезя...
И трупы!
И трупы...

– Ох, мама! Кто зрение мне подменил? –
Улыбка - нельзя же иначе…
Сама же идёт средь непаханных нив –
И плачет…

Грядущая даль! Окровавленный миг
Какою ты рожью засеешь?
...Ох, мама! Зачем же так сердце щемит -
И ты не согреешь!

--
Ещё один из тех, кто стал Расстрелянным Возрождением. Евген Плужник (я понимаю, что по-русски его писали Евгением, но видится мне в том изрядная имперскость. Шандора Петёфи мы же "Александром" не пишем или там Михая Эминеску - "Михаилом"?) - украинский поэт, драматург, переводчик. В 1934 году был арестован НКВД, приговорён к расстрелу (вместе с Кулишом, Пидмогильным и другими украинскими писателями), потом приговор был заменён на лагерь, где в 1936 году Евген и умер от туберкулёза. Его последними словами была фраза "Я умоюсь, вспомню Днепр и умру".

--
Перевод с украинского

--
Оригинал (автор - Евген Плужник):

Питалась ласкаво

Питалась ласкаво: – Чом, синку, ти зблід? –
А слів не знайшов
І промовчав.
– На північ,
На південь,
На захід,
На схід
Над трупами вигуки вовчі!

Безсило повіки на очі впадуть, –
Старечі до рук моїх губи…
А бачу –
Безкрая скривавлена путь…
І трупи!
І трупи…

– Матусю! Хто очі мені замінив? –
Всміхнеться, щоб сліз не побачив…
Сама – до вікна, до неораних нив –
І плаче…

Далеке майбутнє! Скривавлену мить
Якими житами засієш?
…Ой, мамо! Чого це так серце болить,
Що й ти не зігрієш!